Выдающийся конструктор ракет и спутников Сергей Павлович Королёв родился 12 января 1907 года.
Его имя навсегда вошло в историю мировой космонавтики. Королёв первым в истории «прорубил окно» в космос. Он осуществил дерзновенную мечту о полётах человека в космос и космических аппаратов к Луне и далёким планетам.
Вся жизнь Королёва сплетена из множества исторических фактов, которые уже при жизни обросли домыслами и мифами. В объективной реальности остаются достижения Сергея Королёва в области космонавтики. Навечно за Королёвым закреплены его главные успехи – запуск первого искусственного спутника Земли 4 октября 1957 года и запуск человека в космос 12 апреля 1961 года. Помимо этого под руководством Главного конструктора готовились и запускались ракеты разных модификаций и спутники различного назначения. Родился Сергей Королёв 12 января 1907 года в Житомире. Писатель и журналист Ярослав Голованов в своей книге «Королёв: факты и мифы» подробно рассказал о детстве и юности будущего конструктора. Он заметил: «Прослеживая жизнь Королёва, можно подметить такую деталь: он обладал не часто встречающимся искусством – умением говорить с толпой...»
Это пригодилось в дальнейшей жизни С.Королёва. Ещё в юности он увлёкся самолетами, а для развития физического здоровья – гимнастикой. Голованов пишет: «Главной целью тогда был планер, будущая работа в авиации. Он уже решил, что будет строить аэропланы и летать на них. Здесь колебаний не было». Создать «безмоторный самолет» было его юношеской мечтой. Которая впоследствии была реализована в виде крылатых ракет. Единственной нереализованной мечтой Королёва остался пилотируемый запуск на Луну. Но виной тому стала скоропостижная кончина конструктора на операционном столе 14 января 1966 года.
Одним из ближайших единомышленников и сподвижников Королёва был его соратник и друг Борис Черток, который в своих мемуарах оставил множество воспоминаний о Королёве как конструкторе, руководителе и человеке. Подборка цитат из книги «Ракеты и люди» характеризует Королёва с разных сторон.
…«Без малого полвека прошло с той первой встречи. Бессчётное число разных встреч было за это время. Большинство, во всяком случае, в деталях, стерлось в памяти, а эта запомнилась. Значит, есть вне нашего обычного разума некая подсознательная «дежурная» система запоминания, которая включается «на запись» независимо от нашей воли, эта запись не стирается и может многократно воспроизводиться. Новенькая офицерская форма сидела на вошедшем очень ладно. Если бы не отсутствие всяких медалей, я бы решил, что передо мной кадровый офицер. Но полная пустота «орденских» мест на чистой гимнастерке сразу выдавала «цивильного» офицера. Необычными были только хорошие офицерские хромовые сапоги вместо наших привычных кирзовых. Темные глаза с какой-то веселой искрой смотрели на меня с любопытством и вниманием. Во внешности Королёва сразу обращал на себя внимание высокий лоб и крупная голова на короткой шее. Есть такое выражение – вобрал голову в плечи. Нет, Королёв её не вбирал. Уж таким его сделала природа. Что-то от боксёра во время боя».
…«Все члены нашей делегации, кроме Королёва, отправились в Куксхафен в тех чинах, которые были им присвоены. А Королёва по указанию из Москвы приказано было переодеть в форму капитана с артиллерийскими погонами и «пушками». По этому поводу Победоносцев сказал, что у английских разведчиков, которые опекали нашу делегацию, «этот артиллерийский капитан», вызывал гораздо больший интерес, чем генерал Соколов, полковник Победоносцев и другие высокие чины. Один из англичан, отлично говоривший по-русски, напрямую спросил Королёва, чем он занимается. Сергей Павлович в соответствии с инструкцией и «легендой» ответил: «Вы же видите, я капитан артиллерии». На это англичанин заметил: «У Вас слишком высокий лоб для капитана артиллерии. Кроме того, Вы явно не были на фронте, судя по отсутствию всяких наград».
…«Королёв как-то высказал очень правильную оценку работы советских специалистов в Германии: «Самое ценное, чего мы там достигли, -создали основу сплоченного творческого коллектива единомышленников». …«Иногда пытаются сравнивать творческие свершения фон Брауна и Королёва. При этом забывают, что Королёв, создавая межконтинентальную ракету и первые космические аппараты, «пробивал» строительство дворца культуры, следил за шефской помощью детскому дому и рассматривал все списки по распределению жилья, хлопотал о продовольственном обеспечении города».
…«Королёв, а вслед за ним и мы все не делали никаких скидок на молодость. Это являлось хорошим стимулятором для каждого приходящего непосредственно «со студенческой скамьи». Королёв любил нравоучительно повторять: «Молодость – не главный недостаток».
…«Когда рассаживались по машинам, Королёв посадил меня в свой «газик». Я впервые ехал с Королёвым по степи нового полигона. Дороги уже пылили, и я не упустил случая напомнить, что если бы не требования со стороны Рязанского по расположению пунктов радиоуправления, то мы бы не забрались в эту полупустыню. Сергей Павлович неожиданно очень экспансивно отреагировал на мое замечание: «Эх, Борис, Борис! Ты совершенно неисправимый и заржавленный электрик! Смотри и любуйся, какие кругом безграничные просторы! Где еще такое раздолье можно найти? Мы здесь великие дела делать будем. Поверь мне и не ворчи». Он говорил мне это, повернувшись с переднего сиденья. Его обычно озабоченное или даже с напускной суровостью лицо на этот раз светилось необычным для Королёва по-юношески восторженным одухотворением. Именно это необычное, светящееся восторгом лицо врезалось в мою память».
…«Угроза отправки за какую-либо провинность «в Москву по шпалам» была у Королёва выражением крайнего возмущения. Но иногда он взрывался еще сильнее: «Отправляйтесь в машбюро, напечатайте приказ о вашем увольнении без выходного пособия и принесите мне на подпись!» Если виновный возвращался и протягивал Королёву отпечатанный на бланке приказ, он рвал его и громко, чтобы все трепетали, кричал: «Вы что, хотите дома чай с вареньем пить? Немедленно на работу!» Потом он общался с провинившимся как ни в чем не бывало. Окружающие, посмеиваясь над героем очередного инцидента, пугали, что теперь не попасть ему в ближайший год в Москву ни по шпалам, ни другими видами транспорта».